НОВОСТИ В БЕЛАРУСИ
Год назад глава американского Госдепа Марко Рубио публично заявил, что конфликт в Украине является прокси-войной, а США — одной из сторон этой войны. А на днях свою вовлеченность в украинский конфликт признали и в Европейском союзе. Признали с оговоркой. Мол, раз мы не нейтральная сторона, то и стать посредником в мирных переговорах не можем. Но что в таком случае мешает Евросоюзу сесть за стол переговоров не в качестве посредника, а как сторона конфликта? Если, конечно, европейские элиты заинтересованы в мире.
Уже более месяца в ЕС пытаются выбрать кандидатуру на роль потенциального переговорщика с Москвой. Эти «выборы» успели обрасти шутками и мемами. Оказалось, что выбирать по большому счету не из кого. Одним не хватает дипломатического опыта, другим — политического веса, а третьи не пользуются доверием в своем же политическом лагере.
По логике вещей переговоры — удел дипломатов. И по этой же логике вести диалог со стороны европейского сообщества — обязанность главы внешнеполитического ведомства ЕС Каи Каллас. Однако главный европейский дипломат прославилась отнюдь не дипломатичным поведением, за что от коллег получила прозвище «атомная бомба», взрывающая все, к чему прикасается. Как отметил немецкий европарламентарий Мартин Зоннеборн, слать Каллас на встречу с россиянами опасно для Европы.
- Politico: Кошта, Ниинисте и Юнкер могут стать посредниками от ЕС при переговорах с Россией
- Стубб заявил, что Европа может вступить в диалог с Россией уже в этом году
Тем временем сама Каллас заявила, что ЕС не может выступать посредником на переговорах по украинскому урегулированию, поскольку не является нейтральной стороной.
«Европа никогда не будет нейтральным посредником между Россией и Украиной, потому что мы на стороне Украины и защищаем собственные ключевые интересы безопасности», — приводит Reuters заявление Каллас по итогам неформальной встречи глав МИД ЕС, состоявшейся 28 мая.
- Фицо призвал воздержаться от речей об угрозе войны между ЕС и Россией
- Каллас: ЕС никогда не будет беспристрастным посредником в украинском конфликте
- Премьер Италии заявила, что ЕС — это бюрократический гигант с недальновидным подходом
Еще более прямолинеен в оценках вовлеченности ЕС в украинский конфликт глава польского МИД Радослав Сикорский. «Я считаю, что Евросоюз не может быть посредником (в переговорах по урегулированию украинского конфликта. — Прим. БЕЛТА), поскольку мы являемся его стороной — мы на стороне Украины, а не между Украиной и Россией», — отметил Сикорский 29 мая по итогам заседания глав МИД Совета государств Балтийского моря.
А теперь возвращаемся к нашему вопросу: если ЕС не может участвовать в мирных переговорах как посредник, почему бы ему не вступить в переговоры как сторона конфликта?
Ответ прост. Нынешняя история с выбором переговорщика — очередная брюсселевская бутафория. Когда США активно вовлекались в процесс урегулирования и собирали за одним столом украинцев и россиян, европейцы, в том числе Каллас, делали все возможное, чтобы эти переговоры сорвать. Достаточно лишь вспомнить их «мирные» инициативы, а, по сути, набор предложений и ультиматумов, заведомо неприемлемых для Москвы. К примеру, обещание разместить западные контингенты на украинской территории и превратить Украину в «стального дикобраза», то есть продолжить накачку страны оружием. Очевидно, что вся эта риторика имела одну цель — спровоцировать Москву выйти из переговорного процесса. Но как только внимание США переключилось на Ближний Восток, а в украинских переговорах возникла пауза, все разговоры о размещении европейских войск в Украине резко оборвались.
Ситуация такова, что сегодня Украину не хотят брать даже в ЕС, поскольку это может негативно сказаться на экономической безопасности европейского сообщества. Наивно полагать, что кто-то в ЕС станет открыто размещать в Украине своих солдат, рискуя военной безопасностью блока. Одно дело слать оружие и сыпать угрозами, другое — вовлекаться в прямую конфронтацию с ядерной страной.
- Ваджра: европейцы пытаются подчинить Зеленского, который вышел из-под контроля
- В Еврокомиссии назвали требование Киева принять Украину в ЕС в 2027 году невыполнимым
- Мерц убежден, что Украина не сможет вступить в ЕС в краткосрочной перспективе
И все же не будем забывать — европейский истеблишмент по своим взглядам неоднороден. А в условиях геополитической и экономической турбулентности, нарастания внутренних кризисов эта неоднородность будет становиться все более заметной, а так называемая коллективная позиция ЕС, в том числе по украинскому вопросу, — все более ставиться под сомнение. Не стоит упускать из виду и тот факт, что крупные государства внутри ЕС ведут борьбу за лидерство, формируют собственные сферы влияния и собственную политическую повестку. И такие государства вполне могут сыграть свою роль в продвижении мирного диалога по Украине.
В их числе Франция. Президент страны Эммануэль Макрон еще с конца прошлого года говорит о необходимости переговоров с Москвой. Но, как мы помним, ЕС (а, следовательно, и Франция) — сторона конфликта. При этом очень сложного конфликта, который требует пересмотра всей архитектуры безопасности Европейского региона. И в этом конфликте без посредников не обойтись.
Вероятно, поэтому 24 мая состоялся телефонный разговор президентов Беларуси и Франции. В Париже понимают: белорусский лидер Александр Лукашенко прекрасно разбирается в текущей региональной обстановке, обладает ценным опытом медиатора, может четко донести позицию Москвы, помочь нащупать точки соприкосновения между сторонами конфликта. К тому же Минск поддерживает диалог с Вашингтоном, затрагивающий в том числе вопросы украинского урегулирования.
Возможности Беларуси как государства-медиатора сегодня обсуждаются и в западных экспертных кругах. Вот лишь небольшая выдержка из недавно опубликованного исследования Международного института ближневосточных и балканских исследований (IFIMES), который изучил работу Минска в организации переговорного процесса по Украине после 2014 года.
«При непосредственном, личном и последовательном участии Президента Лукашенко Беларусь предоставила свою территорию в качестве площадки для переговоров, обеспечив сторонам возможность встречи без внешнего политического давления, медийной театрализации, ультиматумов и предварительных условий, — отмечают аналитики IFIMES. — Лукашенко лично координировал логистику, протоколы безопасности, дипломатическую подготовку и соблюдение протокольного нейтралитета, создав тем самым условия, в которых делегации могли вести переговоры без опасений эскалации или политического давления. Результатом стал протокол о прекращении огня, который, несмотря на последующие нарушения и сложную ситуацию на местах, сформировал первую институциональную основу для деэскалации, открыл гуманитарные коридоры и продемонстрировал, что Минск может служить площадкой, где конфликт может быть урегулирован посредством диалога».
Безусловно, политика западных элит нынче так нестабильна и непоследовательна, что делать некие выводы и надеяться на разумный подход с их стороны пока рано. Но звонок Макрона и анонсированный Лукашенко визит в Минск доверенного лица французского лидера сигнализируют, что диалог идет.
- Зачем звонил Макрон? Лукашенко раскрыл подробности телефонного разговора с Президентом Франции
- Лукашенко назвал Макрона аксакалом в ЕС, пригласил в Минск и призвал быть мотором в деле мирного диалога
- Лукашенко заявил о скором приезде в Минск доверенного лица Макрона
А диалог — это важнейший шаг к взаимопониманию и миру. Отказ от диалога — это сознательное игнорирование проблем или же намерение их усугубить.
Исходя из этого, Беларусь использует все возможности, чтобы наладить контакты и создать условия для диалога. При этом Минск действует сразу на нескольких треках — и на европейском, и на американском. К слову, США имеют немалое влияние на европейских союзников. Например, на страны Балтии, которые вместе с Великобританией и государствами Скандинавии сегодня формируют «ястребиную» ось в Северной Европе.
Беларусь готова работать и на украинском треке. Ранее глава государства заявил о готовности встретиться с Владимиром Зеленским — в Украине или на территории нашей страны. Киев настроен на эскалацию. Но сигналы Минска бесспорно доходят, в том числе до той части украинского политикума, которая склоняется к мирному урегулированию конфликта.
Сегодня наша страна проделывает серьезную работу, чтобы хоть немного приблизить Европейский регион к миру. Каждая встреча, каждый телефонный разговор, каждый шаг доброй воли, будь то помощь литовским перевозчикам или оповещение соседей по военным каналам о движении БПЛА, — это вклад нашей страны не только в белорусскую, но и в общеевропейскую безопасность. Ведь то, что сейчас происходит в нашем регионе, — не украинский, а общеевропейский конфликт, в который прямо или опосредованно втянуты все страны региона. И здесь неважно, сторона конфликта или посредник. Задача у нас одна — преодолеть разногласия в нашем общем доме и найти путь к миру, альтернативы которому нет.
Вита ХАНАТАЕВА,
БЕЛТА.
