НОВОСТИ В БЕЛАРУСИ
30 апреля, Минск /Корр. БЕЛТА/. Принципиальные различия капиталистического и посткапиталистического мира назвал российский историк, директор Института системно-стратегического анализа Андрей Фурсов в проекте «В теме» БЕЛТА.
Относительно прогнозов по посткапиталистическому будущему звучали разные версии, включая вероятность более жесткой, практически кастовой системы.
- Кто сегодня управляет миром? Аналитик объяснил особенности глобальных процессов
Своим видением вопроса и роли национальных государств на новом этапе поделился Андрей Фурсов. «В самом общем плане посткапиталистический мир будет отличаться от капиталистического тем, что объект присвоения будет принципиально иным. Дело в том, что в каждой социальной системе есть объект присвоения. В рабовладельческой — это тело раба, в феодальной — земля, при капитализме — это овеществленный труд. Но и рабовладение, и феодализм, и капитализм имеют общее, так как главный объект присвоения — вещественный. Невещественные же факторы — это социальное поведение, потребности человека и информационные потоки. Хозяевами посткапиталистического общества будут те, кто будет это контролировать. Не овеществленный труд, а именно эти процессы», — указал он.
Ответил аналитик и на вопрос о судьбе национальных государств. «Такое государство возникает вместе с капитализмом и, естественно, оно должно каким-то образом модифицироваться. Вопрос — в каком направлении. Национальному государству очень сложно существовать, оно должно принять какие-то формы. И здесь очень многое будет зависеть от того, какую позицию займет правящий слой — элита, насколько он будет отождествлять себя с населением. Ведь с точки зрения ультраглобалистов, никаких национальных интересов не существует. И Евросоюз — это не национальное государство. Евросоюз — наследник Третьего рейха. И национальные, и государственные интересы там совершенно никого не волнуют», — подчеркнул Андрей Фурсов.
По наблюдениям аналитика, ранняя фаза любого нового общества, новой системы отличается от предыдущей двумя вещами. «Во-первых, это, как правило, значительно более жесткий социальный контроль. Во-вторых, это снижение стандартов потребления для основной массы населения. Именно так было в раннем капитализме, потому что степень жесткости верхов над низами в XVI-XVIII веках была значительно больше, чем при феодализме. И уровень потребления основной массы населения достиг середины XVI века только в конце XIX — начале XX», — обозначил он.
Возникновение любой новой социальной системы — очень серьезное испытание, подчеркнул историк. «И здесь очень много зависит оттого, насколько люди могут сопротивляться формированию этого нового «людоеда» и, условно, какое количество зубов они у него вырвут в процессе возникновения этого нового общества», — обозначил Андрей Фурсов.
